Государство накажет уехавших россиян подоходным налогом в 30%

Экономике это точно не нужно Поделиться

Похоже, государство российское в очередной раз перепутало экономику и политику, точнее, разместило их на одной «патриотической» доске. Как сообщил в своем телеграм-канале спикер Госдумы Вячеслав Володин, депутаты работают над законопроектом об отмене преференций и повышении ставки налогообложения для тех граждан, кто покинул РФ после 24 февраля.

По его словам, таких лиц надо не поощрять, а, напротив, наказывать. Причем рублем. «Так будет справедливо… Ведь уехавшие не только работают в российских компаниях на удаленке, но и пользуются всеми льготами, которые она им дает в соответствии с законодательством нашей страны», — заметил Володин. Что ж, в целом верное замечание. Но есть важные нюансы.

Присмотреться к этим тонкостям, не рубить сплеча, призывают не только независимые аналитики, но и самые что ни на есть государевы люди. Например, по мнению главы думского комитета по труду, социальной политике и делам ветеранов Ярослава Нилова, возможные ограничения для уехавших за границу (после начала СВО и частичной мобилизации) россиян «надо очень тщательно обсудить на площадке трехсторонней комиссии с участием работодателей, профсоюзов и членов правительства». Правда, Нилов имел в виду другой, не менее карательный по сути законопроект (о нем ранее сообщил сенатор Андрей Клишас) — о запрете удаленной работы для налоговых нерезидентов РФ по ряду специальностей, прежде всего госчиновников, работников транспорта и сотрудников из сферы информационной безопасности.

Комментируя реплику Клишаса «мы не можем понять, платят ли они все налоги», Нилов напомнил, что НДФЛ и соцвзносы уплачиваются предприятием, независимо от того, где находится работник: на даче, в другом городе или за границей. «Работодатель ему на карту направляет заработную плату. Все налоги удерживаются, и взносы платятся за работника».

При этом по уже действующему закону, если человек более 180 дней в году живет за пределами РФ, он не считается налоговым резидентом. Соответственно, с него подоходный налог взимается в размере не 13%, а 30%. После 24 февраля и 21 сентября (даты начала спецоперации и объявления частичной мобилизации) Россию покинули сотни тысяч граждан, перебрались они в основном в страны ближнего зарубежья — Казахстан, Грузию, Армению, Киргизию, Туркмению. При этом многие из них де-юре остаются в российских компаниях и работают дистанционно.

Можно ли воздействовать на такой контингент экономически? И как отделить тех, кто сбежал от призыва, от тех, кто уехал из чисто производственных или карьерных побуждений? Таких было немало и в прежние времена, без всяких спецопераций… В конце концов, никто еще не отменял конституционного права на свободу передвижения, выезда за пределы РФ и столь же беспрепятственного возвращения домой. К людям, которые перебрались за границу, можно относиться по-разному, но надо понимать: все они являются обладателями тех или иных компетенций и знаний, заместить которые в ближайшее время будет сложно, а в каких-то случаях и невозможно. Повышенный налог в 30% чреват окончательным разрывом всех отношений между релокантами и их работодателями в РФ: ни тем, ни тем более другим не нужна такая фискальная нагрузка. Уехавшие начнут работать исключительно на иностранные компании, а отечественная экономика потеряет ценные, невосполнимые кадры, что в условиях кризиса совсем уж печально.

Драконовские меры не смутят человека, который уже уехал или только планирует это: в своих действиях он руководствуются существующими для него в России рисками. Что касается сохранения отношений с работодателем, тут многое зависит от заинтересованности последнего. Если она есть, стороны будут искать обходные пути по обоюдному согласию, заключать фиктивные договоры. Например, с оставшейся в РФ супругой беглеца или с его родителями. Или, на худой конец, с каким-нибудь посредником — за определенную комиссию. Еще один вариант: работодатель полностью берет издержки на себя. Возможно, в каких-то случаях компании будут либо скрывать факт работы с налоговыми резидентами, либо открывать формально другие юрлица для оформления дистанционных сотрудников-нерезидентов как самозанятых. И так далее, вариантов не перечесть.

Тут важна принципиальная позиция: заносить ли уехавших в число «врагов народа» и делать все, чтобы отрубить им обратный путь на Родину, или все-таки оставить калитку открытой, чтобы эти люди могли вносить свой вклад, в том числе налоговый, не в зарубежную, а нашу экономику.